Кадр из фильма «Гордость и предубеждение»
В феврале на московской сцене вышла ироничная постановка «Клуб анонимных книгофобов», в которой современное общество изображено как пространство, добровольно отказавшееся от чтения в пользу коучей и короткого контента. Но действительно ли чтение находится в состоянии клинической смерти — или мы имеем дело с очередным культурным страхом? Данные последних лет показывают более сложную картину: текст не исчезает, а трансформируется, а кризис в культуре чтения может быть психологической иллюзией.
Как привычка верить в теорию упадка нас обманула
Сами того не замечая, мы каждый день подвергаемся одному и тому же когнитивному искажению, которое носит название «теория упадка». Ее суть состоит в том, что человек обращает больше внимания на плохое, чем на хорошее, и чаще распространяет информацию о негативных событиях. Такой феномен еще называют «предвзятостью внимания».
Неосознанно этой иллюзии мы подвергаемся и когда говорим о смерти чтения. Статьи авторитетных изданий пестрят заголовками о сокращении количества читающих людей, а в видео на YouTube блогеры вещают об элитных колледжах, студенты которых не умеют читать. В обществе складывается ошибочное представление о том, что культура чтения умирает.
О чем говорят исследования?
Реальные же цифры общественную иллюзию не подтверждают. К примеру, в 2025 году книжный рынок России достиг 111 млрд. рублей, показав рост более чем на 13%. Количество читающих людей остается высоким: по данным опроса ВЦИОМ 62% россиян за год прочитали хотя бы одну книгу, а среднее число прочитанных книг составляет девять на человека. В 2017 году исследование того же ВЦИОМ показало, что доля россиян, которые признают любовь к чтению, выросла с 61% до 66%.
Интересно, что с 2023 года в стране наблюдается стабильный рост интереса к чтению. Для сравнения, цифры 2021 года отражали менее позитивную тенденцию: значительная часть людей читала очень мало книг или делала это крайне редко.
По результатам исследований понятно: громкие заголовки подпитывают когнитивные искажения, но не отражают реальное положение дел.
Чтение не сдает позиции даже в цифровом мире
О том, что чтение с нами надолго, говорят не только точные цифры и статистика. Достаточно посмотреть на мир вокруг. Сначала радио и телевидение, а теперь и социальные сети уже давно могли отбить у человечества желание читать. Но мы все еще ходим в книжные магазины, а люди в метро открывают книги по дороге домой.
Чтение ценится в обществе намного сильнее, чем нам кажется. Большинство из нас прекрасно понимает, в чем разница между дешевыми удовольствиям и источниками качественными дофамина. Никто не гордится тем, что посмотрел двухчасовой мукбанг или полдня листал Reels*. Мы ничем не заменим то самое чувство, когда наконец закончил читать роман на 500 страниц.
Удивительно, но время, которое мы проводим в приложениях значительно сокращается. В декабре 2024 года Twitch зафиксировал самое низкое ежемесячное время просмотра за более чем четыре года — всего 1,58 миллиарда часов. Это на 11% ниже среднего показателя за декабрь 2020-2023 годов. Как пишет социальный психолог Адам Мастроянни, люди устали от агрессивных попыток разработчиков захватить их внимание и всячески использовать его как товар. Никто не любит, когда на него давят, поэтому мы не задерживаемся в социальных сетях надолго.
Культура чтения не умирает, но трансформируется
Даже социальные сети не могут убить интерес людей к чтению, но отрицать, что технологии изменили наши читательские привычки — глупо.
Цифровая среда оказала сильное влияние на наши когнитивные качества: снизились глубина и качество восприятия информации. Граница между чтением и потреблением контента незаметно стерлась. Еще в XX веке такой вывод делал философ Иван Иллич. Он утверждал, что текст постепенно превращается в строки кода, теряет свой культурный статус и автономию. Текст уже давно перестал существовать только лишь в рамках пространства книги, мини-жанров стало десятки, а то и тысячи. Инфографика, карточки, подкасты — все их мы читаем быстро сканируя, а не пытаясь понять смыслы и глубоко погрузиться в текст.
Мы не перестаем читать, но форма существования текста и паттерны нашего взаимодействия с текстом меняются. Чтение перестает быть последовательным и линейным.
*Продукт компании Meta — запрещенной в России экстремистской организации.
