Россия для грустных: как на протяжении веков нам запрещают шутить

Юмор – отличное лекарство от стресса, которое помогало людям выживать в тяжелые времена, однако, как отмечал Александр Герцин, «смех – одно из самых мощных орудий разрушения». Хотя в России не было еще «потешной» революции, сатира и другие юмористические жанры подвергались цензуре.

Скоморох попу не товарищ

Первыми комедиантами на Руси можно считать скоморохов – бродячих актеров, музыкантов, дрессировщиков медведей, остряков, основное занятие которых – веселить людей.

Репертуар скоморошьих игрищ был достаточно разнообразен: костюмированные представления, кукольные постановки, чтение пародийной литературы. Балагуры создавали комические, а порой и трагические произведения о жизни бедного человека, поэтому их любил простой народ.

Один из популярных жанров скоморошьего творчества – сатира. Потешники обличали пороки власть предержащих, открыто насмехались над ними, особенно сильно доставалось духовенству. Надо отметить, что большинство игрецов были людьми религиозными. Они проводили четкую грань между верой и служителями церкви, чьи дела расходились с их проповедями и основными постулатами христианства. Высмеиванию подвергался быт церковнослужителей: чрезмерное употребление алкоголя и пищи, пренебрежение своими обязанностями.

Не только из-за осмеяния пороков духовенство ненавидело бродячих актеров. Выступления скоморохов были прямыми конкурентами церковной службе. Простой народ предпочитал прослушиванию гимнов на непонятным языке в тесном храме увеселительные мероприятия в давке на улице. Кроме того, такие представления шли в разрез с определенными нормами церкви: смех вытеснят страх, который должен иметь каждый верующий, чтобы не забывать о будущих вечных страданиях. Христианство требовало беспрекословной веры даже в самое немыслимое и невозможное, скоморохи же высмеивали любой абсурд.

Скоморохи vs церковь

Борьба с балагурами начинается сразу после крещения Руси, византийские паломники видят в игрищах потешников остатки языческого культа и приписывают актерам связь с чертями, оплату представлений сравнивают с податью дьяволу.

 К середине ХIII века против скоморохов начинает выступать почти все православное духовенство, уговоры населения не ходить на пляски превратились в угрозы и запреты. В первом цензурном документе Стоглаве содержится ряд вопросов посвящённых деятельности игрецов. В одной из глав им запрещается выступать на свадьбах и похоронах, поскольку нередко они заменяли священников.

 В конце XVI века к гонению присоединяется государство, связано это в первую очередь с усилением влияния церкви на светскую власть и серией крестьянских восстаний. Актеры, критиковавшие социальное неравенство, оказались в немилости у царей.

Во времена правления Михаила Федоровича потешники обвиняются уже в распространениисмуты. За организацию увеселительных мероприятий скоморохов ссылали в отдаленные районы страны, где они все равно продолжали деятельность.

В последствии игрища трансформировались в театральные постановки, после появления авторства в сатирические произведения.

Надзор в Империи

Самым нетерпимым к инакомыслию императором был Николай I. Не просто так цензурный устав 1826 года прозвали «чугунным»: он утверждал должность цензора как самостоятельную профессию, это налагало на чиновника дополнительную ответственность. Кроме того, устав позволял толковать слова журналистов, то есть искать в материалах второй смысл, которого там могло и не быть.

Из-за большого количества правил, не относящихся к надзорному процессу, «чугунный» был пересмотрен. В 1828 приняли третий устав, который предписывал надсмотрщикам не придираться к словам.

В первую половину царствования Александр II делает шаги на пути к восстановлению свободы слова: контроль содержания газет и журналов начинает смягчаться, растет число периодических изданий, в том числе сатирических. В 1865 году были утверждены временные правила о печати. Закон «О даровании некоторых облегчений и удобств отечественной печати» предписывал рассматривать дела, связанные с публикациями на спорные темы, в суде. От предварительной цензуры освобождалась часть московских и питерских изданий, получивших разрешение МВД; после покушения 1866 года император возвращается к жесткой политики относительно печати.

«Упечь в «Искру»

Для обхода запретов литераторы и журналисты использовали Эзопов язык и карикатуры, однако это только привлекало внимание надзорных органов. Больше других в использовании этих средств преуспел сатирический журнал «Искра». В разделе «Нам пишут» публиковались письма из различных губерний о взяточничестве и произволе властей, поскольку было запрещено упоминать имена госслужащих, издание придумало специальную систему понятий для обозначения городов и чиновников. Цензоры быстро поняли, что к чему и закрыли раздел, однако редакция продолжала искать способы сообщать читателям о событиях, происходящих в разных частях страны, для этого стали использовать шутки и афоризмы.

Особенно недолюбливала российская власть карикатуры, поэтому активно не допускала их публикацию. В 1870 году «Искре» было запрещено размещать иллюстрации, что значительно снизило популярность издания.

В 1873 году журнал после трех предупреждений прекратил свое существование.

Сатира в стране Советов

После революции 1917 года в стране открылось большое количество сатирических изданий, но из-за экономических проблем почти все из них закрылись. Многие публицисты и политические деятели выступали с заявлениями о ненужности всего комического для победившего пролетариата. К 1930 году единственным разрешенным таким журналом остался «Крокодил», в нем высмеивались бюрократы, тунеядцы и пьяницы, которые не были достойны светлого коммунистического будущего.

Во времена СССР юмор становятся элементом контроля населения. Если императоры осознавали разрушительную силу смеха, то советская власть открыла способность смеха воспитывать.

Сатира подвергалась жесткой цензуре, допускались только произведения, критиковавшие мещанство, бюрократизм и иностранных политиков.

Таким образом, сатирические произведения становятся в руках власти эффективным оружием формирования общественного мнения.

Самый короткий анекдот – коммунизм

Говоря о юморе советских времен, нельзя забывать о городском фольклоре и самом распространенном жанре – анекдоте. Помимо прочего его происхождение связывали с интеллигенцией, поэтому власти анекдоты не любили, даже их изучение было под запретом.

Во времена сталинских репрессий они становились поводом для политического преследования граждан, о чем свидетельствуют доносы и сводки НКВД. Например, директор средней школы в Иркутской области Петр Алешин приговорен к семилетнему заключению за шутку следующего содержания: «У Сталина была жена, которую звали Советская власть, и дочь, которую звали Пятилетка. Однажды ночью дочь обмаралась, и Сталин стал будить жену: «Вставай, Советская власть, Пятилетка усралась».

Со временем текст анекдотов в судебных делах заменяли обвинения в клевете и другие штампами, поэтому отслеживать подобные дела в послевоенный период значительно сложнее.

Лев и лисица

История отношений власть имущих и юмористических жанров уходит корнями в глубокое прошлое. Как и в любых отношениях, здесь тоже были взлеты и падения, цензуру отменяли и вводили снова, и так по кругу. Одно только остается непонятным: почему же власти боятся сатиры и юмора? Ответить на этот вопрос нам помогла руководитель программы «Спортивная журналистика и медиакоммуникации в спорте» МГПУ и преподаватель дисциплины «История мирровой литературы» Ирина Люлевич.

Смех уничтожает страх и покорность, трудно бояться того, над кем смеешься. Именно поэтому юмор и сатира — это важная часть свободной жизни социума, часть демократической традиции критиковать власть. Отношение к сатире и юмору — это тест и для власти, и для общества.
Поделиться: